Антарктида 2017-2018

К берегам Антарктиды в гости к Южному Кресту, часть 5

1381

К станциям Гора Вечерняя (Беларусь) и Молодежная

12 декабря 2017 г.

Сегодня ночью, хотя в Антарктике полярный день, ушли из бухты Корона, благополучно завершив свои грузовые операции. Движемся в море Космонавтов к российской станции Молодежная, следующей точке нашей программы экспедиции. По рекомендации ледового наблюдателя – эксперта, единственного человека на судне, кто, вглядываясь в получаемые спутниковые снимки, различает льды, судно обходит сплоченный массив дрейфующих льдов. Можно, конечно, попытаться проломиться напрямую к морю Космонавтов, но такой подход может обернуться тратой времени и топлива. Для подхода к припаю в море Космонавтов нам  необходимо сначала преодолеть «ледовую реку» красивый термин и художественный образ, за которым кроется сплоченный тяжелый лед, дрейфующий с востока на запад моря вдоль припая.

Тот же ледовый наблюдатель предрекает нам сложные условия плавания и трудности при подходе к припаю. В легкой издевательской манере с оттенком иронии предрекает полеты авиации на дальние расстояния. А поскольку припай развит хорошо и судно идет на трех машинах, вместо четырех, то ему будет непросто пробиться сквозь тяжелые льды. Приблизительно в том же духе он обещал нам неприятности и в море Рисер – Ларсена, хочется надеяться, что его предсказания не оправдаются. Заметил, что ледовым прогнозистам свойственны две отвратительные черты – они ловят кайф, если их прогнозы оправдываются, и чем сложнее тебе, тем слаще им, а во-вторых, стиль изложения прогнозов подчеркивает огромную пропасть между тобой и ими – они знают великую тайну, неподвластную тебе. Так что не слушайте ледовых прогнозистов и гоните их прочь от себя – толку от них никакого, ответственности ноль, а словесной шелухи и чепухи предостаточно. Хотите испортить себе настроение, пообщайтесь с ледовым прогнозистом.

А сейчас, глядя сквозь иллюминатор на сверкающую под солнечными лучами поверхность моря, покрытую хилыми и редкими льдинками, думать о худшем не хочется.

15 декабря 2017 г.

Вошли в сплоченный морской лед, протяженность которого до припая составляет около 60 морских миль или около 111 км. Сквозь это плотное препятствие и предстоит проползти, продраться к намеченной точке для разгрузки. Лед сплоченный, но состоит в основном из не очень крупных полей, и судно способно их раздвигать своим корпусом. Лед ослепительно белоснежный, не тронутый таянием, нигде на его поверхности не просматриваются снежницы. Скорость хода упала почти в два раза, но судно упорно и методично движется в указанную точку.

Забрались в самое месиво ледяного массива, и теперь медленно перебираемся из лужи в лужу, как говорят в таких случаях на своем сленге полярные моряки и ледовые разведчики, понимая под «лужей» крохотное пространство чистой воды среди искореженных, тертых-перетертых, торосистых льдин. Вот такими перебежками, а это нормальная тактика ледового плавания, сейчас и движемся к цели.

16 декабря 2017 г.

В полночь, просочившись между нитевидными трещинами и крошечными линзами чистой воды среди сплоченных льдов, лавируя среди айсбергов, подошли к кромке припая. Капитан не выказывал особого рвения биться в припае и подойти на расстояние в 50 км, как это и предписывалось рейсовым заданием. С моей стороны особых возражений не было, во-первых, прокладка канала потребует время, а припай еще довольно крепкий. С другой стороны, мы подошли почти в полночь и до утра могли бы прокладывать канал. В общем, остановились и пошли отдыхать. Моя нерешительность впоследствии вышла мне же боком.

И в первой половине дня приступили к грузовым операциям. Сначала сделали несколько полетов одним вертолетом, но на довольно неблизкой дистанции около 72 км, это было непозволительной роскошью. Одним вертолетом мы бы очень долго возили груз, поэтому запустили второй вертолет. И работа пошла значительно активнее. За первый день удалось сделать 9 рейсов из запланированных 32, показатели были явно не радужными. Погода нам благоволила, легкий ветерок и океан солнца.

17 декабря

Проснулся рано утром и сразу на мостик для оценки ситуации и обмена новостями с вахтой. И надо же так случиться, что в припае стали происходить динамические процессы, и он стал ломаться на куски, будто это я своим появлением придал ускорение разрушению льда.

Пришла океанская зыбь, было видно, как наше судно елозит в небольшом припайном канале взад-вперед. А по обе стороны от корпуса судна идет процесс разрушения припая, что дает возможность судну относительно беспрепятственно продвигаться вперед. В то же время такая ситуация лишает нас возможности работать через припай, и придется использовать крышку трюма в качестве грузовой площадки. Припайная грузовая площадка разломалась на мелкие куски, на которых остались маркировочные флажки, о потере которых печалился старпом.

Пообщались с летчиками, они были не против работать с крышки трюма. Подлом припая слегка замедлился, судно уткнулось штевнем в припай и на подработке малым ходом стояло в таком положении, уткнувшись в лед. Грузовые операции возобновились, только теперь груз выставлялся на крышку трюма, откуда его на подвеске забирали вертолетчики.

Отработали в этот день на славу, вывезли почти весь груз, остались две сетки с бочками авиакеросина, т.е. еще два рейса. Правда, в один из рейсов была тревога за контейнер и вертолетчиков – очень низко пошел с палубы контейнер, и было ощущение, что он сейчас коснется льда и беды не избежать. Но все обошлось, пролетев несколько метров с низко висящим контейнером над припаем, вертолет стал набирать высоту, а вместе с набором высоты стал понижаться и градус напряжения в моем сердце.

Люди вымотались за день, в особенности летчики, приходилось летать за 70 километров от места стоянки, и это в один конец. Погода благоволила нашим операциям, видимость была, как говорят летчики «миллион на миллион», а поскольку по прогнозу характер погоды сохранялся и на следующий день, то оставшиеся две ходки решили оставить на завтра. На этом наши работы в этот день и завершились.

18 декабря

Все события на судне начинаются после чего-нибудь, как например, после приема пищи. Так и наши действия начались после завтрака. Вместе с моими помощниками полетели на базы – сначала белорусскую - Гора Вечерняя, а затем и нашу Молодежная. Надо было подписать кое-какие бумаги с начальником белорусской базы, а нашу станцию давно хотелось посмотреть поближе. В далеком 1991 г. я залетал на станцию на несколько часов, с тех пор минуло 26 лет, станция перешла в разряд сезонной полевой базы и хотелось убедиться в ее состоянии.

Сначала залетели к белорусам. Начальник сезонной станции встретил нас радушно, показал станцию, рассказал о ее перспективах. Планируется перевести базу в разряд круглогодичной, начиная с 2020 г. Подписали с ним акты, сфотографировались на память и продолжили путь на Молодежную.

Белорусская сезонная станция находится на скальном возвышении, и снег выдувается сильными стоковыми ветрами. На Молодежной снега было много, в момент нашего прилета сотрудники базы откапывали от снега гараж, куда набился сквозь щели снег. Снег заблокировал двери и набился вовнутрь, так что транспортной технике было не выехать. И, как это часто бывает, на бульдозере вышло из строя сцепление, и не чем транспортировать на взлетно-посадочную полосу (ВПП) завезенные для ее выравнивания приспособления, просто называемые гладилка и струг. К тому же начальник базы просил меня помочь ему в перестановке балка, в котором он планировал разместить метеостанцию. Балок надо было перевезти с помощью вертолета на ВПП и поставить его на сани. В течение сезона ребята балок подремонтируют, покрасят, одним словом, приведут в порядок для размещения в нем метеостанции и обслуживания полетов. Надо сказать, что база Молодежная играет важную роль в цепочке авиационного обеспечения антарктических исследований. Здесь имеется полоса для посадки легких самолетов, поэтому и завезены приспособления и должна функционировать метеостанция.

http://churun.ru/wp-content/uploads/2018/04/DSC04334-690x518.jpg
Белорусская полевая база
http://churun.ru/wp-content/uploads/2018/04/DSC04375-690x518.jpg
Вместе с начальником БАЭ

Я понимал, что мы не успеваем уложиться в отведенное до полудня время, чтобы выполнить все запланированные на станции работы. Капитану очень хотелось уйти сегодня до полудня, но не оказать станции помощь я не мог. На станции нет крана для подъема балка, требуется время на ремонт техники, чтобы отвезти на полосу струг вместе с гладилкой. Вертолетом эти перемещения будут выполнены в течение часа, а парням придется потратить недели. И я решил, несмотря на прогнозируемое ворчание, неудовольствие капитана, выполнить все транспортные операции на станции.

Я все-таки начальник экспедиции и имею право действовать по-своему разумению и не согласовывать каждый шаг с капитаном. Пусть судно выйдет попозже, но моя совесть будет чиста перед парнями. В общем, проделали все эти манипуляции – переставили вертолетом балок, отвезли по воздуху струг и гладилку на взлетно-посадочную полосу. И завершив эти действия, благополучно убыли на судно, где, как и предполагалось, я выслушал в свой адрес массу неприятных слов. И происходило все это шоу на мостике в присутствии второго старпома и матроса. Но я был спокоен и уверен, что действовал правильно и в интересах экспедиции и станции в частности.

http://churun.ru/wp-content/uploads/2018/04/DSC00679-690x518.jpg
Современное состояние станции Молодежная
http://churun.ru/wp-content/uploads/2018/04/DSC00682-690x518.jpg
У верстового столба на Молодежной
http://churun.ru/wp-content/uploads/2018/04/DSC00683-690x518.jpg
Не без креста
http://churun.ru/wp-content/uploads/2018/04/DSC00695-690x518.jpg
Чудо технической мысли - струг

Несколько строк о самой станции. Бывшая раньше в прекрасном состоянии и с гордостью носившая название «столицы антарктических исследований»,  ныне станция переживает не лучшие времена.

comments powered by HyperComments